Англофил (valchess) wrote,
Англофил
valchess

Category:

ЖЖ-полемика: Автор публично обиделся на рецензента

Формат фейсбука не подходит для этого материала, так что помещаю его здесь.

Когда я писал в фейсбуке в четверг вечером свой спонтанный отклик на только что опубликованный "THE - World University Rankings 2020", мне не могло даже прийти в голову, что придется писать вот такой текст. Но возникшая ситуация не оставила мне выбора. Вот какой статус появился в популярной фб-группе «Проблемы образования и науки»:

Vanda Tilles uploaded a file.
Admin
Из неопубликованного.
Статья в данном виде опубликована не была по решению рецензента Валерий Аджиев (Valery Adzhiev) и редакторов ТрВ. О рейтинге вузов, о запредельной нагрузке ППС России, об отсутствии времени на научную работу, о «дорожных картах», которые к этому привели. Публикую здесь.

Немедленно появился такой отклик:

Владимир Блинов: Убедительная статья. Рецензента убрал из френдов.

Я понятия не имел, что у меня есть такой френд (причем, профессор!). Ну-ну.

  • Что ж, в апреле 2017 г.(!) по просьбе редакции ТрВ-Наука я действительно высказывал мнение о статье (не научной – газетной), которая к тому времени уже вышла на сайте (где с тех пор и висит – вот она: "Куда ведет «дорожная карта»?" ). Автор (цитирую подпись к статье) – «Ванда Тиллес, сопредседатель Межрегионального профсоюза «Университетская солидарность», канд. техн. наук, доцент". От себя добавлю: человек, заслуженно известный своей активностью в противостоянии российской университетской бюрократии. И если она таким нетривиальным образом публично (в группе, где без малого 4.5 тыс. коллег по научно-образовательной отрасли) бросает «рецензенту» перчатку, то остается принять вызов и предъявить тот самый отзыв. Взаимоотношения авторов, рецензентов и редакторов, возникающие при этом обиды -это и вообще интересная тема, которая публично освещается редко.

    Однако, мне пришлось начать с констатации, что вообще-то есть вполне сложившаяся конвенция (как формальная, так и этическая), что рецензирование обычно носит конфиденциальный - для всех вовлеченных сторон - характер (даже если редакция по соглашению с рецензентом не скрывает его идентичность от автора). Поэтому прежде чем обнародовать материалы в публичном пространстве, я должен был спросить согласия и у автора, и у редакции (коль скоро приоткрывается ее внутренняя кухня). В. Тиллес (она то ли без предрассудков и об упомянутой выше этике не имеет понятия, то ли без опыта публикаций в изданиях, где есть более-менее серьезный процесс принятия рукописи и подготовки ее к печати) тут же откликнулась: «Легко. Публикуйте. Только всю переписку.» А вот редакция в лице Натальи Деминой встретила это предложение без энтузиазма. Почему – понятно: типаж автора в данном случае вполне очевиден, она не понимает и не хочет понимать неких относящихся к процессу публикации базовых вещей, и ничего доказать ей не получится, Как и ее группе поддержки (а у таких общественно активных людей поддержка всегда будет, тут иллюзий нет). Да и зачем? На последний вопрос мне самому ответить нелегко (я сейчас очень занят, есть много других более важных дел). И тем не менее. К «базовым вещам» вернемся в конце. Решение такое: цитировать я буду только себя и В. Тиллес.

  • Далее пришло осознание, что опубликовать такой материал, чтобы он был читабельным, не так просто. Ведь как происходило дело? Меня попросили дать отзыв перед публикацией в бумажной версии (любому профессионалу, кто утрудит себя прочитать текст – ссылка, напомню, выше - будет понятно, почему появились сомнения). Я написал мнение (обозначу его VA-1) – и затем не возражал, чтобы с ним ознакомили автора. Она оперативно прислала новую версию своей статьи (с косметическими изменениями) и вордовский файл с ответами на мои претензии (обозначим его VT-1). Я в ответ ответил на ее ответы (это письмо VA-2), она прислала третью версию статьи (ту самую, которую вчера публично выложила в фб) и – на этот раз - email со своими новыми ответами на претензии (VT-2), после чего последовал и мой третий отзыв (VA-3). Все общение шло через редактора. Я даже не знаю, было ли VA-3 переправлено автору. В конечном итоге было принято решение, что статья публиковаться не будет – замечу, что явной такой рекомендации я не давал.

    Конечно, можно все эти пять писем просто привести одно за другим (а было еще общение автора с редакцией и редактора со мной). Однако, объем очень большой, тексты (писались не для печати!) плохо структурированы, изобилуют повторениями и взаимными цитированиями. Читать это невозможно, никто и не будет. Не говоря о том, что формат фейсбука (и даже жж) для такого рода материалов совершенно не приспособлен. Поэтому для начала я решил подать материал так: первый отзыв (VA-1) на опубликованный на сайте текст приведу полностью в конце данного текста. Возьму оттуда один сюжет (из четырех-пяти, которые возникли в результате моих претензий) и приведу полную переписку, к нему относящуюся. С короткими моими комментариями. Думаю, уже из этого сюжета будет ясно, почему статью в представленном виде публиковать не стоило. В заключение приведу тот же фрагмент текста из третьей (финальной) версии статьи – чтобы было наглядно видно, как автор учла соображения рецензента и редактора (ответ: практически никак не учла).

    И последнее перед цитированием: я в своем отзыве касался исключительно части ее текста, связанного с английскими делами. Это «анализ» - кавычки не случайны! - одного из национальных университетских рейтингов, он занимает добрую половину всей статьи и проецируется на российскую ситуацию. Причем, автор, кажется, не понимает, что в отличие от некоторых российских аналогов, этот, как и все другие британские рейтинги, не является "официальным", он делается частной фирмой на основе информации в public domain, тем более он не является "директивным"- его потребители - потенциальные абитуриенты и их родители. Ни единого слова о российской части статьи я не произнес.

    Фрагмент первой версии статьи, опубликованной на сайте ТрВ:
    Если учесть, что при подсчете «соотношения» в Великобритании в качестве преподавателей учитывается только профессура (и лекторы — аналог российских доцентов), а в качестве студентов — все обучающиеся, включая аспирантов, то становится ясно, что мы и в 2012 году, когда только разрабатывалась первая дорожная карта, по соотношению преподаватели/студенты находились бы в хвосте этого рейтинга. На каждого профессора в европейских университетах приходится от 2 до 16 ассистентов и постдоков, которые выполняют за этого профессора львиную долю рутинной учебной работы, но в статистике как преподаватели не отражаются. А в случае постдоков, даже наоборот, отражаются как обучающиеся, то есть «студенты». Таким образом, соотношение 1 к 12 (аспиранты идут дополнительно), рассчитанное согласно российским правилам статистической отчетности, соответствует соотношению хуже чем 1 к 20, рассчитанному по правилам рейтинга вузов Великобритании. (Поясню: «Соотношение» здесь – количество студентов на одного преподавателя).

  • Здесь налицо странные заявления («На каждого профессора в европейских университетах приходится от 2 до 16 ассистентов и постдоков, которые выполняют за этого профессора львиную долю рутинной учебной работы, но в статистике как преподаватели не отражаются. А в случае постдоков, даже наоборот, отражаются как обучающиеся, то есть «студенты».) – думаю, со мной согласятся коллеги, работающие в Альбионе, и не только они. Что написано про постдоков (автор, кажется, не представляет себе, чем они занимаются) – не поддается интерпретации. Странные цифры. Скажу больше: на основании уже вот этого фрагмента любой знающий человек сделал бы вывод: автор пал жертвой беглого чтения пояснений к «рейтингу», он просто не знаком, как построена учебно-научная работа в британских (да и в европейских) университетах, даже на уровне терминологии. На этом стоило бы взаимоотношения с этой статьей и закончить. Увы. Вот что я по этому поводу написал:

    VA-1: В частности, она сильно опирается на утверждение "На каждого профессора в европейских университетах приходится от 2 до 16 ассистентов и постдоков, которые выполняют за этого профессора львиную долю рутинной учебной работы, но в статистике как преподаватели не отражаются." и делает далеко идущие выводы на его основании. Ссылки на источник информации не дается.
    Могу сказать, что для большинства английских университетов эти цифры неверны (диапазон 2 - 16 сам по себе настолько велик, что делает бессмысленным любое разумное рассмотрение ) - как и то, что "выполняют за этого профессора львиную долю рутинной учебной работы"

    Ответ на данную претензию:

    VT-1: И я пишу «16» не про английские вузы, а про европейские, и не средние значения, а диапазон. Вычитала в подробнейшем ЖЖ одного профессора, тоже - поразилась. Да, наверное, цифра 16 чаще встречается в американских вузах. Но я не «сильно» опираюсь. И не упираюсь. Пусть будет 2- 6. В Оксфорде согласно [1] средняя (!) 5,8. Суть от этого не меняется, и на выводы это никак не влияет. А насколько мощно постдоки помогают профессору видела лично, не в Англии, а в The University of California, Berkeley, когда проходила там курс дистанционного обучения по квантовой криптографии.
    [1] "Headcount by staff group". Data for 2015 booklet (PDF). 2015. И Jump up to:a b c "Student Numbers". University of Oxford. University of Oxford. Retrieved 14 September 2016.

    Ответ очень странный, и не только по стилистике – автор, очевидно, не понимает, что такое «источник», пригодный для ссылки в печатном издании. При чем тут непонятно чей жж (даже если автор «поразилась») или американские вузы (о которых она судит «лично» - это слова подчеркнуто – но как можно понять, лично в Беркли не была – впечатления получены на дистанции на одном взятом ею курсе). Совершенно замечательно выглядит (в официальной переписке!) вот это: «Но я не «сильно» опираюсь. И не упираюсь. Пусть будет 2- 6. В Оксфорде согласно [1] средняя (!) 5,8.» Источник [1] - это две ссылки (обратите внимание на их формат!) дает статистику количества студентов и сотрудников в Оксфорде. И больше ничего. Откуда сведения, как что «отражаетсмя в статистике» - осталось неясным. Ответил я кратко - честно говоря, к тому времени мне все стало ясно:

    VA-2: Не знаю, о каких “европейских университетах” речь, но к Британии эта сентенция вряд ли применима. Что касается « которые выполняют за этого профессора львиную долю рутинной учебной работы», то для Англии это неверно. Интересно также, что автор понимает под "ассистентами". Мне это понятие незнакомо.

    Последовал ответ, побивший мой по краткости (привожу полностью!):

    VT-2: Ассистенты в данном случае - помощники.

    Я продолжаю в следующем – последнем – письме:

    VA-3: И понятие "помощники" мне не известно. Его в штатном расписании нет. Как отдельные профессора и преподаватели могут снизить свою учебную нагрузку (она нормативно и по-разному задается в каждом университете) в двух словах не опишешь, здесь есть несколько разных путей. Но такого, что есть на подхвате некие "помощники", которым скажи - и они занятие проведут, такого нет. Любая работа формально оформляется, и у каждого сотрудника университета уже есть свои собственные обязанности, контрактно зафиксированные. "Помогать", даже и начальнику - такое не определено.

    А теперь – как тот же фрагмент выглядит в финальной (обнародованной вчера) версии статьи:
    Если учесть, что при подсчете «соотношения» в Великобритании в качестве преподавателей учитывается только профессура (и лекторы – аналог российских доцентов), а в качестве студентов, учитываются все обучающиеся, включая аспирантов, то становится очевидным, что мы и в 2012 году, когда только разрабатывалась первая «дорожная карта», по соотношению преподаватели/студенты находились бы в хвосте этого рейтинга. На каждого профессора в европейских университетах приходится в среднем от 2 до 6 [например, 7,8] ассистентов и постдоков, которые выполняют за этого профессора львиную долю рутинной учебной работы, но в статистике, как преподаватели не отражаются. А в случае постдоков – даже наоборот – отражаются, как обучающиеся, то есть «студенты». Таким образом, соотношение 1 к 12 (аспиранты идут дополнительно), рассчитанное согласно российским правилам статистической отчетности, соответствует соотношению хуже 1 к 20, рассчитанному по правилам рейтинга вузов Великобритании.»

    Как нетрудно видеть, отличия от процитированного выше первоначального варианта минимальны – и все отмеченные недостоверные утверждения на месте. При этом, вчера в комментах В. Тиллес заявила: «корректировки были внесены, не надо искажать факты, количество ссылок, подтверждающих цифровые данные, было увеличено в два раза.» Ссылки, повторю, нерелевантны.

    В аналогичном духе я бы мог пройтись и по другим сюжетам. Например, много внимания в статье уделено «показателю Research Intensity» и сделаны далеко идущие выводы с проекцией на российские дела. При этом очевидно, что автор не понимает, что авторы рейтинга (которые используют этот термин не общепринятым образом) под этим показателем имеют в виду и как он считается (тут надо знать, что такое REF и как задаваемые им правила менялись - собственно к интенсивности научного труда здесь отношение косвенное). Но этот текст и так уже безразмерной длины – и он еще не закончен.

  • Обещанные «базовые вещи».

    Очевидно, что Ванда Феликсовна – неравнодушный и активный человек, делающий много полезного. Но как ей объяснить простые истины, связанные с публикацией – и в научных изданиях, и в популярных, и в даже в общественно-политических – а именно:

    - даже если статья посвящена важной теме, содержит интересные мысли и написана с «нужных» (со)обществу позиций, она – чтобы быть напечатанной в приличном издании – должна удовлетворять определенным стандартам качества. Даже если нет претензий к большей части статьи, фактологические ошибки и сомнительные утверждения в оставшейся части нивелируют ее достоинства. И обязанность редакторов (и рецензентов – если они задействованы) – или довести материал до кондиции, или его отклонить. При том, что рецензент только дает рекомендации, и даже их не всегда (как это было в данном случае).

    - Источники, на которые есть ссылки (а они должны быть в материалах, где суть связана с анализом данных – как и о иноземных делах) – должны быть надлежащими.

    - Общение с редактором и рецензентом - это не разговоры на лавочке или неформальный троллинг в фейсбуке. Это общение по делу, оно проходит по определенной процедуре. Если мнение рецензента не нравится (а оно почти всегда не нравится, у каждого из нас, кто публикуется, в этом отношении обширный опыт), то не стоит переходить на личности. В приличных научных изданиях таких авторов заносят в черный список. В ненаучных проще, но и там стоит оставаться в рамках приличий. Процитирую, что В. Тиллес написала в конце ее письма VT-1:

    И главное. Я думаю, что основная претензия рецензента к моей фразе «Я категорический противник любых рейтингов в таких сложных областях человеческой деятельности, как высшее образование и педагогика в целом.» Но эту фразу рецензент не критикует, он критикует некие «методологические» выводы. Где? Вывод один (но не «методологический») – с этой «дорожной картой» страна идет в страну дураков. И любители рейтингов её туда подгоняют. И, судя по отзывам, читатели это поняли.
    Вообще было бы интересно увидеть рецензию на какую-либо из статей М. Гельфанда по поводу гемеопатии, выполненную адептом гемеопатии.


    Срезала! Мало того, что сказанное фактически неверно – "фраза" эта для меня прошла незамеченной (хватило других вещей), и я никогда не был пропонентом рейтингов и в своих статьях всегда отмечал, что международные рейтинги для российских вузов нерелевантны (хотя могут быть и небесполезны – всегда хорошо посмотреть на себя в зеркало, даже и предназначенное для использования в принципиально другой среде). Да, я считаю полезными национальные рейтинги – но только те, которые составлены независимыми производителями на основе достоверной и могущей быть верифицированной информации. Это пока не случай России. И мне доводилось публично резко некоторые российские рейтинги критиковать. Ни к каким производителям рейтингов (в чем меня г-жа Тиллес было публично вчера обвинила - но затем скорректировала свое утверждение) я никогда никакого отношения не имел.

    Но ведь это самое последнее для автора дело – гадать о внутренних интенциях рецензента и тем более пытаться его оскорбить или дискредитировать. Тут дело даже не в манерах - это всегда (sic!) контрпродуктивно. Неужели наша автор за свою профессиональную жизнь никогда не имела дело с рецензентами - хотя бы на свои научные работы?

    Не знаю, обратила ли редакция на этот выпад внимание, но второй свой отклик (VT-2) автор заключила так: "Благодарю Валерия за замечания, я внесла необходимые с моей точки зрения изменения и уточнения." И это правильно!

    Наконец, мой первый отзыв в полном объеме (VA-1) - на статью, к тому времени, увы, уже опубликованную на сайте ТрВ:

    Уважаемая Ванда,
    мы начали делать новый номер "Троицкого варианта-Наука" и показали Вашу статью нашим коллегам, которые которые знакомы с ситуацией с университетской наукой в UK, т.к. там работают.
    Хотела бы Вас попросить прочитать комментарий и м.б. внести правку в свою статью, в частности, по возможности указать источники утверждений о британских вузах.


    Валерий Аджиев (Бормут) пишет:
    =====
    Я бы сказал, что автор притягивает за уши английскую статистику к российской ситуации. При этом вряд ли полностью понимая, как эта английская статистика связана с английской реальностью. Методологически выводы кажутся мне совершенно некорректными - независимо от ее правоты касательно российской ситуации.

    В частности, она сильно опирается на утверждение "На каждого профессора в европейских университетах приходится от 2 до 16 ассистентов и постдоков, которые выполняют за этого профессора львиную долю рутинной учебной работы, но в статистике как преподаватели не отражаются." и делает далеко идущие выводы на его основании. Ссылки на источник информации не дается.
    Могу сказать, что для большинства английских университетов эти цифры неверны (диапазон 2 - 16 сам по себе настолько велик, что делает бессмысленным любое разумное рассмотрение ) - как и то, что "выполняют за этого профессора львиную долю рутинной учебной работы".

    "Удивительно, но удовлетворенность студентов (Student Satisfaction) практически не связана с рейтингом университета (коэффициент корреляции k = 0,08); в некоторых вузах во второй половине рейтинга студенты удовлетворены своим университетом не менее, а иногда и более, чем студенты Кембриджа." - а что удивительного?
    Студенты разных устремлений и способностей находят подходящие им вузы и если они довольны, то значит, вуз им действительно подходит больше, чем теоретически более сильный Кембридж.
    Другое дело, что трактовка этой "удовлетворенности" - дело не такое очевидное, как автору представляется (и вообще, здесь очень нетривиальные аспекты, о которых идут большие дискуссии), и есть большие противоречия между тем, как это трактует правительство, университетский менеджмент и ППС. Эту трактовку в двух словах не опишешь.

    Фразу "Предположу, что английские вузы приспособились к своему рейтингу и научились готовить «правильную» отчетность." я затрудняюсь интерпретировать. Непонятно, что за "отчетность" имеется в виду (опять же, ссылки на источник нет), но полагаю, она не понимает, что в отличие от России все цифры находятся в public domain.

    Что остается? Что в более сильных университетах научная работа более интенсивна, а в более слабых - учебная нагрузка на сотрудников выше (потому что денег на науку им поступает - по итогам REF, которые вовсе не сам университет формирует - меньше, и баланс доходов университета сдвинут в сторону обучения).

    Т.е. она может быть в выводах касательно опасности этих "реформ" в Российских вузах права. Но Британия тут, на мой взгляд, притянута за уши.
  • Tags: наука, образование, персоны, полемика, россия-британия
    Subscribe
    • Post a new comment

      Error

      Anonymous comments are disabled in this journal

      default userpic

      Your IP address will be recorded 

    • 0 comments