November 11th, 2018

Gymnast

Грех или преступление? Личная репутация или административное наказание? Реплика в глобальном споре.

Скопирую сюда для памяти мой вчерашний фейсбуковский статус, который вызвал некоторый интерес. Поводом послужила скандальная история в ведущем российском независимом издании Медуза (мой предыдущий пост "О портрете пресс-секретаря МИДа Марии Захаровой на "Медузе" был посвящен разбору одной из их публикаций, но это всего лишь совпадение). Если кто не в курсе (что вряд ли - вокруг этой скандальной истории возник воистину вселенский шум во всех сегментах информационного пространства), то следующие две публикации (одна - "внешняя" на русском), друга - от самих виновников торжества - на английском) обеспечат контекст с массой ссылок:

Главред "Медузы" Иван Колпаков ушел в отставку из-за скандала с харассментом
A Harassment Scandal at Meduza

Тема такая, что нормальная дискуссия кажется в данный момент невозможной, и многочисленные фнйсбуковские треды это подтвердили. У популярных авторов просто дым стоит коромыслом. Хвала Аллаху, я не являюсь популярным автором. Но и комменты под данным текстом в моем фейсбуке от моих уважаемых друзей это лишний раз подтвердили. И тем не менее.

Но Are we confusing sins with crimes? Воспользуюсь этим выражением из недавно опубликованной в одном английском издании колонки, чтобы проговорить одну мысль, которая в этом приобретшем вселенский характер обсуждении как-то не очень звучит. Эта мысль не обязательно жестко привязана к конктретной истории с Медузой (она - только повод). Но и навеяна массой других аналогичных историй, в которых нет российской специфики. Я бы мог проиллюстрировать это высказывание британскими (не говоря об американских) примерами. Но в этом лаконичном по моим стандартам я хотел бы остаться на более абстрактном уровне.

Чего я не вполне понимаю: почему чуть ли не по умолчанию считается (и в контексте всех этих историй все время звучит) - если человека за такого рода нехорошее поведение не уволили (а то и не посадили), то значит, он и наказания избежал. Ведь публичная огласка с сопутствующим публичным же осуждением чуть ли не из каждого утюга - это и есть худшее из возможных наказание. Особенно для статусных людей. Потому что это удар по репутации, в обсуждающихся ныне случаях - несмываемое на этой репутации пятно. В таких случаях человек, как правило, и сам – и скорее рано, чем поздно – сочтет за благо оставить свою должность (если его проблематичное поведение к специфике занимаемого им поста можно привязать). Но у нас само понятие репутации размыто. Поэтому только административное или уголовное преследование мы считаем наказанием. Общественное или личное публично выраженное порицание мы не считаем наказанием. Нам нужно участие государства или начальства с их силовыми инструментами, тогда можно считать, что наказание состоялось. И мы считаем это нормальным.
Collapse )