Англофил (valchess) wrote,
Англофил
valchess

  • Mood:
  • Music:

Каспаров: между шахматным прошлым и политическим будущим

Нечасто бывает, что напишешь постинг, а он уже через несколько часов становится не то что неверным, а нерелевантным. Так произошло с моим вчерашним комментарием по поводу проигрыша Каспаровым партии из последнего тура супертурнира в Линаресе. В унисон со всеми профессионалами и любителями, наблюдавшими за этой партией в режиме реального времени, я был шокирован внезапным фиаско, постигшим Каспарова во вроде бы безобидной и несложной позиции. «Просто сбрендил» - выдохнуло коллективное бессознательное шахматного сообщества. Вскоре, однако, выяснилось, что все много сложнее: по окончании партии Каспаров объявил об окончании профессиональной шахматной карьеры. И признался, что был просто не в состоянии сосредоточиться и довести эту самую последнюю в буквальном смысле слова турнирную встречу до логического конца (в оригинале это звучало обезоруживающе искренне: «I simply collapsed under the pressure of playing my last game») .

Запись сделанного Каспаровым на пресс-конференции заявления можно найти здесь (на англ.) и здесь (в переводе на русский). Можно посмотреть и фрагмент видеоклипа с речью виновника грустного торжества ( broadband и dialup). Как свидетельствуют очевидцы, некоторые присутствующие не смогли удержаться от слез... Вот и Миг (которого я упорно называю «ведущим западным обозревателем», потому что это по моему разумению так и есть) сообщил у себя на блоге, что хотя и знал заранее о возможности такого события, но до последнего надеялся. И коль скоро (пришла беда – отворяй ворота!) у него к тому же произошел разрыв с girlfriend, то единственное, что он сейчас может делать – это опрокидовать одну стопочку водочки за другой... Пожелаем ему в этом успеха! А сами – пока в сугубо тезисном стиле – обозначим несколько тем, которые так или иначе будут интенсивно обсуждаться: ведь событие (о котором, кажется, уже сейчас больше мировой прессой написано, чем обо всем матче Крамник - Леко) действительно из ряда вон: с уходом сильнейшего, как полагают многие, в истории шахматиста заканчивается целая эпоха – ведь 20 лет человек был на самой вершине, и мало того, что играл как бог, так еще много чего наворочал в смежных областях.

Почему решил завершить карьеру? На этот вопрос ответить проще всего, да и сам Гарри обрисовал свои побудительные мотивы вполне ясно: «В шахматах я сделал все, что мог, даже больше.» Не осталось целей, ради которых есть смысл играть дальше. Достиг всего! Единственная оставшаяся задача – вернуть проигранное в 2000 году Крамнику звание чемпиона мира по классическим шахматам – выглядит нереальной: вполне ясно, что прагматичный и эгоцентричный Крамник возможности матча-реванша не предоставит, а легальных рычагов воздействия на него нет. Поэтому, лучше уйти в ореоле пусть неформально, но сильнейшего (что – несмотря на то самое обидное поражение Топалову - двумя победами в последних супертурнирах вполне подтверждено). Тем более, что этой самой короной он владел на протяжении 15-ти лет, а зарабатывать на жизнь игрой в турнирах у него – в отличие от практически всех коллег-профессионалов - необходимости нет. Да, будет иногда играть для собственного удовольствия (возможно, прежде всего с компьютерами), давать сеансы, писать книги (и какие книги!)... Теперь же «я перехожу в ту сферу, где я смогу позитивно применить свой потенциал.» - говорит Гарри (о чем мы еще поговорим ниже).

Каковы последствия для шахмат как шоу для любителей? В обозримом будущем – весьма мало вдохновляющие. Нравится кому или нет (а некоторым коллегам по супергроссмейстерскому цеху очень не нравилось), но Гарри по сей день является единственным действительно узнаваемым и широко популярным публичным лицом мировых шахмат. Что многим было непонятно и обидно: вроде официального титула лишился, да и турнирные успехи стали менее впечатляющими ("Акела промахнулся!" - метафора одного известного гроссмейстера, адекватно в случаях тех самых редких неудач выражающая чувства волков-собратьев по шахматной стае) – почему же он по прежнему на авансцене? Замены в этом качестве "великого и ужасного" (а это вполне общепринятое прозвище Гарри в шахматной среде, что само по себе красноречиво!) ему просто нет. Замечательных шахматистов много. Но ни прагматичные стратеги (что, увы, на практике слишком часто означает скуку) Крамник и Леко, ни симпатичный, но не склонный не то что перенапрягаться, а и просто напрягаться Ананд, ни творчески яркие, но спортивно и психологически нестабильные Широв, Морозевич и Иванчук, ни молодые и обещающие, но лишенные суперталанта, да и суперамбиций Пономарев (как можно было пустить под откос матч с Каспаровым?! Уму непостижимо!) и Грищук на роль нового харизматического лидера не тянут. Как недавно высказался талантливый и боевой Топалов (которому тоже чего-то не хватает): «Никто из нас не сможет достичь сравнимых с каспаровскими результатов, это ясно как божий день», и – что еще хуже - все они это сами понимают. Нету «настоящих буйных»! Все они, к тому же, слишком замкнуты на шахматы как таковые, что в нашу склонную к внешним эффектам эпоху, где властвуют media и celebrities, означает лишь более или менее маргинальное существование во всемирном show-пространстве. Как результат, многие любители (которых привлекал не только чисто шахматный стиль побед Каспарова, хотя и здесь с ним трудно сравниться, но и его яркий внешахматный личностный image), почувствуют, что болеть-то больше по большому счету не за кого. Сам Каспаров выделил вчера украинского и норвежского вундеркиндов Карякина и Карлсена в качестве возможных наследников, но даже при удачном развитии их талантов (что отнюдь не гарантировано) они достигнут своего расцвета не скоро.

Каковы последствия для профессиональных шахмат? Каспаров не скрывает обиды на то, что коллеги годами много и публично не просто критиковали его за разные дела (удачные и неудачные), но и прямо называли «разрушителем» и «могильщиком». Были разговоры, что именно его бурная (в некоторые периоды) деятельность будто бы сдерживала нормальное развитие шахмат как профессионального и надлежащим образом структурированного вида спорта. Навязли в зубах постоянно высказывемые претензии к системе подсчета рейтингов - которая, с точки зрения многих, несомненно, плоха - потому что Каспарова никак не спихнуть с первой позиции, как эти рейтинги не считай. Что обидно. Я уже не говорю о некоторых распространенных объяснениях каспаровских успехов: он-де выигрывает потому, что слишком много работает над шахматами (а другие такой возможности не имеют - они же заняты ночами напролет игрой в блиц и картишки), что слишком глубоко исследует дебюты, да еще используя компьютер (а это ведь мало кому доступная штуковина), что, наконец, сам вид его за доской, излучающего энергию и подавляющего соперника сосредоточенностью и заряженностью на борьбу, неприятен (другие излучают дружелюбие - с ними так приятно играть!)... Такие разговоры от fellow professionals звучат много лет! Вообще, по логике некоторых, харизматичный лидер, которому будто бы только за его непонятно откуда взявшийся статус свыше «даются» спортивные и финансовые привилегии, самим фактом своего существования сдерживал нормальное («демократическое») решение системных проблем мировых шахмат, и к тому же откусывал слишком большую порцию общего финансового пирога (вопрос, откуда пирог появлялся и какого он был бы размера без Каспарова, считался чуть ли не неприличным).

Однако, в последние пару лет Каспаров практически самоустранился из шахматной политики: формально он вернулся в лоно ФИДЕ и – не проявляя сам большой активности – вверил свою спортивную судьбу Илюмжинову с компанией. Увы, и этот шаг многие оценили как корыстную сделку между Каспаровым и Илюмжиновым за счет, конечно же, других шахматистов: обвинения, что в угоду Каспарову (в том числе и финансовую) нарушаются принципы спортивности и справедливости, звучали со всех сторон. Хотя факты говорят, что (в отличие от практически всех обвинителей) Каспаров не поимел от ФИДЕ (и от Илюмжинова лично) абсолютно ничего, кроме убытков (финансовых, спортивных и имиджевых): чуть не два года сроки его официально объявленных матчей с Пономаревым, а затем и с Касымжановым переносились и срывались, и все это без каких-либо компенсаций. Он же, ожидая у моря погоды, вынужден был отказываться от участия в турнирах (его же потом и упрекали в малой игровой активности). А деятели (мелкие и крупные) ФИДЕ раз за разом обвиняли его во лжи (когда он все-таки пытался подавать протестующий голос, чтобы узнать, что, собственно, делается с его матчами) - что потом оказывалось клеветой. Некоторые умудрились обвинить его даже в срыве матча с Пономаревым, который – по всем доступным источникам - был похоронен совместными стараниями ФИДЕ и молодого чемпиона ФИДЕ (Каспаров смиренно ждал в сторонке). Более того, молодые (да ранние) дарования Пономарев и Раджабов публично обвинили Каспарова в том, что он будто-бы блокирует их участие в турнирах. Никаких рациональных доказательств, разумеется, представлено не было (Раджабов, впрочем, сослался на авторитетное мнение папы Камского, что даже для поверхностно знакомых с шахматной жизнью само по себе не требует дальнейших комментариев).

Воистину, любители резать несущую золотые яйца курицу никогда не переводятся! Что ж, из данного курятника Каспаров ушел, и руки (и клювы!) у всех развязаны. Сумеют ли ФИДЕ и Ассоциация Шахматных профессионалов (пока преуспевшая только в прикреплении своих наклеек к уже существовавшим и без нее турнирам, а также в личном промоушене главы АШП французского гроссмейстера Лотье - кстати, его комментарий к отставке Каспарова - здесь) выстроить надлежащую и достойную профессионального вида спорта систему? Поживем – увидим. В краткосрочной перспективе, однако (особенно с учетом оскудевшего кармана Илюмжинова), стоит быть готовыми к сокращению поступающих в шахматы денег, особенно призовых. Спонсоры любят ярких (и имеющих рекламный потенциал) личностей – а в них, повторюсь, большой дефицит. При том, что, кажется, ведущие (да и не только) шахматисты в принципе не понимают, что на место процветающей любительщины в шахматы должен прийти профессиональный менеджмент (а уже потом возможны инвестиции), мой прогноз – неутешителен. Хотя, может какая-нибудь богатая мадам-вдова расщедрится и еще годик все будут счастливы, не производя радикальных перемен...

Новая жизнь в политике? То, что Гарри собирается сосредоточиться на политической карьере – секрет полишинеля. Он и сам в своем свежем «Заявлении для Ежедневного журнала» говорит: «я намерен использовать мой интеллект и стратегическое мышление в российской политике. Я перехожу в ту сферу, где я смогу позитивно применить свой потенциал.» Коллега Каспарова по Комитету 2008 А. Рыклин уже обнародовал дышащую оптимизмом статью под красноречивым названием «Каспаров начинает новую партию», где обрисовал для отставного чемпиона такую программу действий: «чем в ближайшее время предстоит заняться Гарри Каспарову - попытаться стать... лидером, завоевать доверие людей, не просто осознающих, что России во избежание катастрофы надо срочно менять курс, но готовых пойти на многое для решения этой задачи.». Отметил перспективы Каспарова – политика в недавнем интервью и находящийся в изгнании олигарх Леонид Невзлин – а именно он, насколько я понимаю, является одним из немногих реальных спонсоров возможной оппозиции.

Серьезное рассмотрение перспектив Каспарова – политика у нас еще впереди. Пока же отмечу, что они не представляются мне особенно радостными. Да, Каспаров в сравнении с наличными российскими политиками «демократической» направленности имеет целый ряд редких достоинств. Например, мне совершенно очевидно, что он искренне верит в то, что проповедует – будь то эти самые демократические ценности или диктаторская природа режима Путина. Он вряд ли идет в политику с целью что-то прихватизировать или какой родственный бизнес пролоббировать. На него нет внятного компромата (хотя я уверен, что серьезные люди начали раскопки и мы еще услышим кое-что с этой точки зрения интересное, хотя подозреваю, что если не удастся ничего серьезного найти - то выдумают. А бегущая впереди кремлевского паровоза (сколь сервильная, столь и желтая) Комсомольская Правда уже начала "освещение" подробностей личной жизни Гарри). Он, без сомнения, «интеллектуал» - в том смысле, что много чего читал, видел и лично делал (несмотря на странные завихрения типа страсти к пресловутой «Новой Хронологии», что само по себе отталкивает от него многих, ибо вселяет сомнения в этом самом «интеллектуализме»). Наконец, он реально и заслуженно известен (и даже знаменит) во всем мире, чем мало кто из российских граждан может похвастаться.

Однако, мне очевидны и его недостатки (некоторые из которых, впрочем, есть продолжение достоинств). Например, искренность и темперамент – это для политика неплохо; однако, часто темперамент захлестывает, и тогда Гарри может сказать все, что угодно, не заботясь об обоснованности своих слов или о том, как их могут использовать оппоненты. Нет уверенности, что он реалистично воспринимает всю сложность и неоднозначность положения в стране: так, его слишком сильные и одномерные характеристики режима как «диктатуры» и того пуще – определение его как «фашистского» (что было в наделавшем шуму интервью BBC) для проживающих в России выглядят неадекватными. Плохо или хорошо, но для современного российского сознания неприятна апелляция к западным лидерам с призывами «наказать» Путина (в частности, не устраивать заседание «восьмерки» в Москве – что Каспаров сравнил – опять же, неосторожно! – с Олимпиадой в Берлине 1936 г.). Не найдут у даже демократически настроенных россиян положительного отклика и радикальные взгляды Гарри на чеченскую проблему. Наконец, сам его имидж интеллектуала-западника (чтобы не сказать - космополита) способен, увы, привлечь не так много сторонников: идеологический вектор ныне направлен в сторону национализма (пусть у многих весьма умеренного), и ситуация в мире, где единственная сверхдержава (с которой Каспаров, имеющий там и бизнес, и медиа интересы, вольно или невольно тесно ассоциируется) ведет себя в представлениях большинства россиян как слон в посудной лавке (что Гарри – я имею в виду прежде всего Ирак – решительно поддерживает, а это само по себе способно оттолкнуть от него многих), преуспеванию «западников» в нынешнем российском идеологическом климате не способствует. Добавлю, что некоторые не слишком понимающие российскую жизнь западные политики и журналисты вполне серьезно иной раз подают Каспарова как претендента на президентский титул (причем, уже в 2008 году!). Печально, если он сам считает такое развитие событий хоть в какой-то степени вероятным.

Я уже не говорю об организационно-структурных проблемах. Сложившийся в шахматном мире образ Каспарова – индивидуалиста, который сам создает проблемы, сам и решает, не особо прислушиваясь даже к соратникам и легко вступая с ними в конфликты, вряд ли является плодом фантазии. Шахматистам ясно, что упреки деятелей типа Леонтьева, что Каспаров просто озвучивает то, что велят западные спонсоры – это полный бред, ибо сам склад личности не тот. Он, несомненно, говорит и делает то, что сам считает нужным. Однако, будет ли он (с которым само понятие компромисса - а как без этого в политике? - так мало совместимо) способен к коллективной работе? Тем более, что дееспособных соратников не особенно видно: тот же Комитет 2008 во многом состоит из политиков-неудачников да из радикально настроенных журналистов из бывших СМИ Гусинского. Среди них есть известные и порядочные люди, но они не политики, и кроме резких (и часто безответственных) заявлений мало на что способны. Уже поэтому Комитет воспринимается как весьма маргинальная структура. Ну как можно заподозрить ту же заполошную Ю. Латынину в способности к спокойной и кропотливой политической деятельности! Молодой Рыжков – чуть ли единственное реальное светлое пятно в этой обойме, но и его политическим тяжеловесом не назовешь. Какую иную фамилию возможного соратника не назови (да того же Невзлина) – ее носитель так или иначе себя уже дискредитировал. Да и сам Каспаров имеет не самую лучшую политическую историю – ведь он уже вступал в целый ряд партийных альянсов (некоторые подробности - здесь), что иногда, как в случае союза с генералом Лебедем, подавалось на Западе как нечто весьма перспективное, однако все заканчивалось пшиком. Другое дело, что его участие носило больше представительский характер (очевидно, что его политическим партнерам нужно было знаменитое имя для раскрутки, и вряд ли более) – насколько я знаю, реальной практической политикой он, по существу, не занимался. Но репутацию – и не самую лучшую – себе создал. А у склонной к самой черной зависти журналистско-политической тусовки его имя уже сейчас вызывает излияния желчи. Я уже не говорю о его происхождении – по нынешним временам и этот факт играет против него.

Я полагаю, что Гарри стоило бы оставаться тем, кого называют «общественный деятель». Он на своем месте, когда выступает в роли политического комментатора, особенно в западных СМИ (его статьи в WSJ, будучи резко оппозиционными к режиму Путина, тем не менее обычно написаны качественно). Вообще, роль посредника между российским демдвижением и Западом, где его знают уважаемые и влиятельные люди, да и очень многие простые граждане, была бы ему впору как мало кому. В России же надлежащей трибуны он не получит (что, учитавая его склонность к радикальным заявлениям, может и к лучшему). А вот дискредитировать его пытаться будут. Первые залпы уже прозвучали: два ведущих политических обозревателя – Михаил Леонтьев и Максим Соколов от души поупражнялись (каждый в своем фирменном стиле) в уничижении новоявленного политика. И это, полагаю, только начало. Можно, имея в виду Леонтьева, крутить пальцем у виска (его адресованные Гарри эпитеты типа «мразь», "подонок" и «животное» находятся за пределами добра и зла, как и вся его тупая ругань, но встречены многими аплодисментами), но реально он самый влиятельный и популярный российский политический комментатор (и сам факт, что таковым является деятель с мышлением и лексикой гопника не дает нашему «интеллектуалу» больших надежд на политическое будущее). Ну и фельетон Соколова демонстрирует весьма скептическое отношение к Каспарову некоторых влиятельных властителей дум. Как бы то ни было, Каспаров ввязывается в бой на новом для себя политическом поле (на специально созданном сайте его деятельность, вероятно, найдет адекватное отражение). Несмотря на выраженный мною скепсис, все же я буду с интересом следить за деятельностью Гарри: в конце концов, личность он незаурядная, не раз доказывал, что способен учиться и критически относиться к себе, а в нынешнем засушенном и безликом политическом пространстве появление такого человека в оппозиции в любом случае полезно.

В заключение. Вспоминается, как в юности Каспаров заявлял, что как достигнет в шахматах всего (что произойдет скоро!), так тут же уйдет из них и станет заниматься историей и философией. Каковые намерения, слава богу, были потом прочно забыты. Политическая жизнь в наше время может течь с большой скоростью. Не удивлюсь, если Гарри в ней разочаруется. И вернется туда, где он истинный гений, и где его многие будут ждать.

Update: Материал перепечатан на «Диагонали» - Русском Шахматном Портале Европейского Союза.
Tags: Каспаров, Персоны, Политика, Шахматы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 77 comments